если бы не было веток сиреневых в мае –
стали бы птицы цветами и если бы звезды
падали в море – медузы бы ввысь улетели –
море ведь в сущности – небо плывущее в воду...

если бы мир не постиг полосатые тайны
их глубину и покой – преступления грезы
не волновали бы землю где теплится тело
пряча себя от себя под тюремные своды...

если б седой континент развалился по крохам –
маленький остров достался бы каждому зверю –
он бы ловил человека что в поисках пищи
хуже акулы – и тихо его приручал бы...

если б не создали символ любви словно боги
предки твои – я бы села в сиреневом сквере
возле цветов аромат рассыпающей вишни
ласточкам на карнавально-чернильные фалды...

я – тень твоих внутренностей
которые тоже не пахнут цветами –
цветов тех совсем нет на свете
так же как и тебя со мной
я – маленький домик утреннего
бесподобного одиночества стаи
изваяний белых из перьев
без тебя с февральской весной...

надо стать таким художником
чтобы жизнь не была антитезой
красивому честному саду
на листьях сделанных книг
хотя творить и молиться – одно и тоже
поэзия – боженька и для счастливых бездарей
поэтому пьются земные услады
которые кто-то назвал – грехи

потом они отмаливаются стихами
романами о наказаниях и преступлениях –
такое покаяние на уровне мира
беседа открытая со скрытной судьбой
и если ты – не я, не внутренность моя слепая
не тень ее тюремного томления –
я отдаю, моя муза, тебе лиру –
пой!

и кажется сад погас. лоза – раба
дождей
а я
ослепший цветок дала земле людей

и черный квадрат ее был лучший фон
для роз
как сон
в котором закатов горечь, грозди лоз

и ты – словно жить не жаль и словно дар
рыдать...
пожар
желал в своих брызгах звезд водою стать...

в мирах как старый Нерон как древний Рим
как гном
мой мир –
но кажется сад погас. пасхальный звон...